ПЕЛОРА

«Пелора с планеты Пелория» — мюзикл DJ MARKOVICH «Пелора с планеты Пелория» — мюзикл Алексея Марковича, он же DJ MARKOVICH. Актёров нет. Реплик нет. Сценария нет. Только звук. Жанры не выстраиваются в ряд — техно, хаус, драм‑энд‑бейс, дабстеп, хип‑хоп, трэп, эмбиент живут в одном поле, сталкиваются, перебивают, замирают и вспыхивают заново. Маркович сводит каждый сет вживую, в конкретном месте, в конкретный вечер. Ни один не повторяется. Ему важен не студийный результат, а отклик пространства: как бас ложится на бетон лофта, как эхо бьётся о кирпич, как ветер срывает верха, как шум дождя становится дорожкой. Запись — не спектакль, а отпечаток. След остаётся, когда вечер погас. Мюзикл состоит из циклов. Каждый цикл — сцена, рассказанная только музыкой. Маркович не поясняет, не объявляет, не подсказывает. Слушатель сам угадывает, где он. Кто‑то слышит океан. Кто‑то — шаги по мокрому камню. Кто‑то — тишину между ударами, где живёт главное. Все правы. Маркович не диктует — он предлагает. Мир каждый достраивает сам. Пелория — планета без материков. Один пресный океан, бирюзовый, двадцать четыре градуса, без приливов. В безветрие — зеркальный. Острова разбросаны без системы, каждый отдельно. У берегов — пористый камень, покрытый водорослями. Скальные реки: вода уходит сквозь породу, фильтруется, проходит под землёй, возвращается через трещины в скалах. По утрам — туман, исчезает с восходом. Жёлтое солнце, длинные сумерки, тёплый дождь без предупреждения. АКВАХОД — планетоход‑амфибия. На суше — гусеницы: тяжёлый, медленный, кренится на камнях. На воде — понтоны: скользит, оставляет волну. Шесть мест, герметичный корпус, датчики на крыше, фара на носу. Переход — минута. Под водой — бирюзовая толща, серебристые рыбы стаями, тёмные выходы подземных рек. Рыбы не боятся света. Подплывают. Смотрят. Уплывают. Экипаж — десять человек: командир, штурман, техник, механик, гидролог, метеоролог, два врача‑биолога, двое безопасности. Остров за островом, группы спускаются в пещеры. В одних — сталактиты. В других — камень и вода. В третьих — гул: вода бьёт из трещины, эхо по стенам. Семь месяцев — пусто. Ни поселений, ни кострищ. Экипаж привыкает. Не ждут. Восьмой месяц — поселения в расщелинах скал, у выходов подземных рек. Круглые выемки, обложенные камнем, зола на дне. Кто‑то жил. Кости рыб, белые, сложенные в сторону. Расщелины неглубокие, три‑четыре метра, но широкие, под навесом скалы. Внутри — сухо. Подстилки из сухой травы. Спальные места. Обитатели идентичны людям. Кожа оливковая, волосы тёмные, прямые, до плеч. Туники из волокна, без рукавов. На коже — пигментация: мягкие узоры, линии и точки. Не татуировки, не краска. Природное. Узор не повторяется. Не пугливы. Молча наблюдали. Биолог первым выходит к ним — у скальной реки. Первой — женщина. Три линии и точка на левой руке. Он называет её Пелорой. Наклон головы: один — да, другой — нет, третий — не знаю, четвёртый — подожди, пятый — иди сюда. Он рисовал на песке — она дорисовывала каналы вглубь скал, точнее приборов. Мягкие звуки: длинный низкий — вода, короткий высокий — небо, средний — камень. Мужчина показал рукой круг: от камня — к биологу, от него — к небу, от неба — к камню. Камень — мой. Ты — мой. Небо — твоё. Вода — общая. Всё это — музыка. Встречи — квартирники, кафе, лофты, пляжи. Маркович с планшетом. Groovepad — лупы. Remixlive — дорожки. Beat Machine — ударные. Bandlab — запись, сведение. Всё на ходу, без заготовок. В комнате — плотнее, бас гуще. На улице — шире, эхо. Угадывают: океан, скальные реки, АКВАХОД, Пелора.